Новотельнов Николай Михайлович (1925–2019)
Родился 15 февраля 1925 года в городе Мологе. Из старинного мещанско-купеческого рода. Отец, Михаил Фёдорович Новотельнов (1890–1941) — техник-механик, главный инженер Мологского элеватора; мать — учительница начальных классов. Семья жила по адресу: г. Молога, Ярославская (Республиканская) ул., д. 53 (квартал 10, участок 73). В 1936 году отец был по доносу арестован ОГПУ и впоследствии скончался в заключении под Магаданом. Спустя год началось переселение из зоны затопления будущего Рыбинского водохранилища. Оставшись с одной лишь матерью (старший брат в это время отбывал срочную службу), 15-летний Николай Новотельнов в 1940 году был вынужден почти в одиночку разобрать родной деревянный дом и сплавить его из Мологи в Рыбинск, в район Слипа. Потребовалось немало сил и времени, чтобы высушить отсыревшие брёвна, утеплить строение. Всю зиму 1940–1941 годов семья Новотельновых ютилась у знакомых. Тогда же Николай поступил учиться в речной техникум, но закончить учёбу не пришлось — началась Великая Отечественная война. Впоследствии он вспоминал: «Собрался в город (переправлялись через Волгу со Слипа на пароме) — на пристани, на телеграфном столбе, висел репродуктор, и Молотов сообщил о начале войны... Осенью послали в Кобостово копать противотанковые рвы. Немцы рвались к Москве, а Рыбинск был стратегическим объектом. Бомбились пригородные станции, одна бомба попала в вокзал станции Некоуз и погибло много народу. Так как зима была ранняя, стояли сильные морозы, и вокзал был переполнен...
В техникуме из нескольких групп с трудом собрали одну. Пошёл на краткосрочные курсы шофёров. Устроился на спичечную фабрику «Маяк», получил полуторку, которая работала на газогенераторном топливе, то есть не на бензине, а на деревянных чурках».
В январе 1943 года Николай Михайлович получил повестку в военкомат, но судьба хранила его, и на призывном пункте в Ярославле был забракован по состоянию здоровья и по возрасту (тогда ему ещё не было 18 лет). Остальные призывники были отправлены на фронт и, не обстрелянные, почти все погибли.
В марте 1943 года он был отправлен в запасной полк в город Горький. Имея от природы хороший музыкальный слух, был зачислен в радисты-разведчики и, пройдя шестимесячные курсы, в июне был аттестован. В Кубинке, под Москвой, стоял 1-й радиополк особого назначения ставки Верховного командования. Вот отсюда и начался боевой путь Николая Михайловича. Немец стоял уже под Вязьмой, их же дивизион располагался в Можайске.
С этим радиодивизионом прошёл фронтовой путь: Вязьму, Смоленск, Борисов, Минск, Познань, Варшаву, Франкфурт-на-Одере, Потсдам. Работа была напряжённая: четыре часа на радиостанции, восемь часов отдыха и опять — четыре часа работы и т. д. Ловил позывные немецких частей, отправлял их на пеленгатор, и уже он определял координаты вражеской станции, и руководство принимало решения. Немцы работали чётко и отследить сигнал было сложно.
В радиополку было много девушек. Как-то случилось, что отец поймал сигнал штаба немецкой армии. Капитан, которому эти сведения были переданы, указал в докладной записке под ними фамилию своей подруги, которая служила там же. В результате, она была представлена к награде. «Конечно, было немного обидно, — говорил отец, — но ничего, пережил». Блат был, и в армии тоже.
В марте 1944 года освободилось место шофёра на полуторке ГАЗ-АА, и стал он колесить по пыльным фронтовым дорогам с поручениями. Песенка фронтового шофёра с тех пор стала его любимой — без неё не обходились не одни посиделки. Несколько раз был под обстрелом — но судьба хранила... В боях они не участвовали и немцев, фактически, не видели. Один раз к ним в часть специально привели пленного немца, чтобы показать. Немец был «шупленький мужичок, лет сорока, в очках и помятой форме», — вспоминал отец.
Война закончилась, когда часть стояла в окрестностях города Цоссен, в деревне Шенайхе. «Утром включили радио-приёмники и фактически первыми узнали об окончании войны. Все сразу высыпали на улицу и давай стрелять из всего, что было под руками. Немцы очень испугались и попрятались, не могли понять, что случилось. У меня в машине был фаустпатрон, без боевой головки, ну я из него тоже жахнул. Если бы в это время кому-то из немцев вздумалось открыть огонь, то перестреляли бы всех, так как ни у кого уже не было ни одного патрона», — рассказывал потом отец.
По-настоящему отпраздновали Победу в июне. Кроме их дивизиона на 1-м Белорусском фронте были точки пеленгаторов в Прибалтике, на Украинском фронте, были маневренные группы в частях, которые ловили переговоры непосредственно на линии фронта — от них тоже были представители. Много народа собралось в деревенском клубе, за столами, отпраздновать Победу. Праздник был омрачён конфликтом двух лейтенантов из-за девушки. В результате один попал в госпиталь, а второй — под трибунал.
Домой вернулся не сразу. Не было призыва а армию, и два года пробыл в Германии под Потсдамом до 1947 года. Ездил по дорогам Германии на машинах ЗИС-5, ЗИС-6, на трофейных — Адлере, Рено, Опеле.
Из Германии в конце 1947 года Николая Михайловича направили в Пензенскую область, на станцию Каменка Белинская — туда, где раньше служил его брат Фёдор. На станции Глотовка заготавливали лес для воинской части. Зимой пилили дрова, норма на двоих человек — 6 кубометров. Оттуда направлен в Ульяновское танковое училище, где за ним был закреплён танк ИС-6. Затем была Армения, город Кировокан. На машине ЗИС-6 ездил по горам, был на манёврах в Араратской долине.
Всё это время дома его ждала больная мать... Каждый день ходила встречать паром из Рыбинска, откладывала для встречи с сыном скудные угощения, отказывая себе. В каждом вновь прибывшем военном видела сына... Сохранились её письма, которые нельзя читать без слёз. В холодном доме, без средств к существованию, она ждала сына и надеялась. что вот скоро он приедет, поможет ей починить упавший забор, посадят картошку и жизнь наладится... Она умерла в конце декабря 1949 года, а отец демобилизовался только в марте 1950.
Но они всё же смогли увидеться. Николаю Михайловичу прислали телеграмму, что мать больна и по этому поводу дали отпуск. Она лежала в больнице. Виделись всего один день, остальное время ушло на дорогу из Армении и обратно.
После демобилизации Николай пришёл в свой опустевший дом и началась мирная жизнь, посвящённая восстановлению и укреплению сельского хозяйства Рыбинского района. Отец прожил долгую, трудную, но интересную жизнь, работая на земле. В 1990-х годах возглавлял Общественную организацию «Землячество мологжан». Скончался Николай Михайлович Новотельнов на 95 году жизни, 30 августа 2019 года, в собственном доме, перевезённом когда-то из Мологи…
В техникуме из нескольких групп с трудом собрали одну. Пошёл на краткосрочные курсы шофёров. Устроился на спичечную фабрику «Маяк», получил полуторку, которая работала на газогенераторном топливе, то есть не на бензине, а на деревянных чурках».
В январе 1943 года Николай Михайлович получил повестку в военкомат, но судьба хранила его, и на призывном пункте в Ярославле был забракован по состоянию здоровья и по возрасту (тогда ему ещё не было 18 лет). Остальные призывники были отправлены на фронт и, не обстрелянные, почти все погибли.
В марте 1943 года он был отправлен в запасной полк в город Горький. Имея от природы хороший музыкальный слух, был зачислен в радисты-разведчики и, пройдя шестимесячные курсы, в июне был аттестован. В Кубинке, под Москвой, стоял 1-й радиополк особого назначения ставки Верховного командования. Вот отсюда и начался боевой путь Николая Михайловича. Немец стоял уже под Вязьмой, их же дивизион располагался в Можайске.
С этим радиодивизионом прошёл фронтовой путь: Вязьму, Смоленск, Борисов, Минск, Познань, Варшаву, Франкфурт-на-Одере, Потсдам. Работа была напряжённая: четыре часа на радиостанции, восемь часов отдыха и опять — четыре часа работы и т. д. Ловил позывные немецких частей, отправлял их на пеленгатор, и уже он определял координаты вражеской станции, и руководство принимало решения. Немцы работали чётко и отследить сигнал было сложно.
В радиополку было много девушек. Как-то случилось, что отец поймал сигнал штаба немецкой армии. Капитан, которому эти сведения были переданы, указал в докладной записке под ними фамилию своей подруги, которая служила там же. В результате, она была представлена к награде. «Конечно, было немного обидно, — говорил отец, — но ничего, пережил». Блат был, и в армии тоже.
В марте 1944 года освободилось место шофёра на полуторке ГАЗ-АА, и стал он колесить по пыльным фронтовым дорогам с поручениями. Песенка фронтового шофёра с тех пор стала его любимой — без неё не обходились не одни посиделки. Несколько раз был под обстрелом — но судьба хранила... В боях они не участвовали и немцев, фактически, не видели. Один раз к ним в часть специально привели пленного немца, чтобы показать. Немец был «шупленький мужичок, лет сорока, в очках и помятой форме», — вспоминал отец.
Война закончилась, когда часть стояла в окрестностях города Цоссен, в деревне Шенайхе. «Утром включили радио-приёмники и фактически первыми узнали об окончании войны. Все сразу высыпали на улицу и давай стрелять из всего, что было под руками. Немцы очень испугались и попрятались, не могли понять, что случилось. У меня в машине был фаустпатрон, без боевой головки, ну я из него тоже жахнул. Если бы в это время кому-то из немцев вздумалось открыть огонь, то перестреляли бы всех, так как ни у кого уже не было ни одного патрона», — рассказывал потом отец.
По-настоящему отпраздновали Победу в июне. Кроме их дивизиона на 1-м Белорусском фронте были точки пеленгаторов в Прибалтике, на Украинском фронте, были маневренные группы в частях, которые ловили переговоры непосредственно на линии фронта — от них тоже были представители. Много народа собралось в деревенском клубе, за столами, отпраздновать Победу. Праздник был омрачён конфликтом двух лейтенантов из-за девушки. В результате один попал в госпиталь, а второй — под трибунал.
Домой вернулся не сразу. Не было призыва а армию, и два года пробыл в Германии под Потсдамом до 1947 года. Ездил по дорогам Германии на машинах ЗИС-5, ЗИС-6, на трофейных — Адлере, Рено, Опеле.
Из Германии в конце 1947 года Николая Михайловича направили в Пензенскую область, на станцию Каменка Белинская — туда, где раньше служил его брат Фёдор. На станции Глотовка заготавливали лес для воинской части. Зимой пилили дрова, норма на двоих человек — 6 кубометров. Оттуда направлен в Ульяновское танковое училище, где за ним был закреплён танк ИС-6. Затем была Армения, город Кировокан. На машине ЗИС-6 ездил по горам, был на манёврах в Араратской долине.
Всё это время дома его ждала больная мать... Каждый день ходила встречать паром из Рыбинска, откладывала для встречи с сыном скудные угощения, отказывая себе. В каждом вновь прибывшем военном видела сына... Сохранились её письма, которые нельзя читать без слёз. В холодном доме, без средств к существованию, она ждала сына и надеялась. что вот скоро он приедет, поможет ей починить упавший забор, посадят картошку и жизнь наладится... Она умерла в конце декабря 1949 года, а отец демобилизовался только в марте 1950.
Но они всё же смогли увидеться. Николаю Михайловичу прислали телеграмму, что мать больна и по этому поводу дали отпуск. Она лежала в больнице. Виделись всего один день, остальное время ушло на дорогу из Армении и обратно.
После демобилизации Николай пришёл в свой опустевший дом и началась мирная жизнь, посвящённая восстановлению и укреплению сельского хозяйства Рыбинского района. Отец прожил долгую, трудную, но интересную жизнь, работая на земле. В 1990-х годах возглавлял Общественную организацию «Землячество мологжан». Скончался Николай Михайлович Новотельнов на 95 году жизни, 30 августа 2019 года, в собственном доме, перевезённом когда-то из Мологи…